Библиотека - просмотр статьи

Аниме фанфики
Code Geass

Стоп! Снято! (05.05.12 / 15:41)
Автор: Янеж

Фэндом: Code Geass
Персонажи: Сузаку/Лелуш.

Рейтинг: PG-13
Жанры: Слэш (яой), Романтика, AU

Размер: Мини, 8 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
Двое стояли друг напротив друга: британский солдат и британский студент… Пожалованный британец и разжалованный наследник британского трона… Бывшие лучшие друзья…
Нет.
Пилот Ланселота и Зеро.
Сузаку Куруруги и Лелуш Ламперуж.
Отныне и навсегда – заклятые враги.
Да, так будет правильней.
– Кто рассказал тебе о Гиассе?.. И что с Нанали?!!
– Всё это теперь тебя не касается!
– Твоё существование - ошибка! Тебе не место в этом мире!
– Сузаку!..
– Лелуш!..*
Напряжение между противниками достигло апогея, прозвучал двойной выстрел, затем короткий вскрик, и всё стихло...

– Стоп! Снято! - в оглушительной тишине павильона раздались аплодисменты и воодушевлённые возгласы съёмочной группы.
- Молодцы, ребята! Отличная работа! – слышалось там и тут, - Мы сделали это! Мы сняли первый сезон!!!

– Да уж… - юноша в белом костюме пилота лучезарно улыбнулся и протянул руку, свободную от пистолета, своему напарнику по сериалу. - Ну что, Ваше Высочество, Вы довольны? Или ещё дубль?
– Будь моя воля - ещё один кастинг на твою роль! - злобно проговорил второй парень, проигнорировав поданную руку, и, взмахнув полами длинного плаща Зеро, поднялся со стилизованной под скалы поверхности съёмочной площадки.
– Эй, Ваше Высочество, ты чего? – в зелёных глазах мелькнуло искреннее недоумение, и Сузаку, вернее, актёр, игравший его, поспешил догнать зашагавшего к выходу напарника.
– Прекрати меня так называть, – не повернув головы, отрезал тот и добавил с нескрываемым раздражением, - Сузаку.
Да, строгий приказ режиссёра – никаких посторонних имён на всём протяжении съёмок сериала, даже во внерабочее время: обращаться друг к другу только так, как того требует сценарий. Мотивировалось это тем, что «в роль, как и реку, можно войти лишь один раз, и выходить до завершения проекта крайне нежелательно».**
Нарушение каралось строгим выговором. А кому охота слушать отрицательные характеристики в свой адрес, да ещё и лишаться после этого части гонорара?
Поэтому все очень быстро привыкли. Все, кроме одного…
Сузаку тяжело вздохнул:
– И как же мне тебя теперь прикажешь называть? «Лелуш» для тебя слишком просто, «Ваше Высочество» тебя раздражает, а на нормальные имена у нас табу…
– Я Зеро! – гордо вздёрнув подбородок, заявил темноволосый актёр, избавившись от реквизита у ближайшего предназначенного для этого шкафчика и оставшись в одном обтягивающем костюме.
Сузаку фыркнул, пригляделся к товарищу – нет, ни тени улыбки на красивом лице – и фыркнул ещё раз.
– В таком случае, я – балерина! – ляпнул актёр первое, что пришло на ум, тряхнув непокорными каштановыми волосами.
– Хм… - повернувшись к Сузаку, задумчиво изрёк его напарник. - Находясь в этом костюме, ты с подобными заявлениями недалёк от истины, - и играющий роль Лелуша одарил одежду парня красноречивым взглядом.
– На себя бы посмотрел! - огрызнулся Куруруги и с нервным смешком добавил: - Лелуш объелся груш!
– Ничего более остроумного в жизни не слышал, - убийственно скучающим тоном сообщил парень и вновь продолжил свой путь в гримёрную.
– Сомневаюсь, что ты вообще кого-то слышишь, кроме себя! – в спину ему обиженно проворчал Сузаку, и взыгравшая в юноше злость взяла верх над здравым смыслом. Актёр бросился за несносным коллегой, по наитию, не размышляя долго о том, что именно собирается предпринять, и, достигнув цели в два стремительных шага, развернул Лелуша к себе, схватив за плечи. Тот вздрогнул и, не сдержавшись, издал болезненный вздох сквозь плотно стиснутые зубы.
¬– А? – Сузаку от неожиданности тут же позабыл всю гневную тираду, которую хотел выпалить в лицо обнаглевшему напарнику. – Что с тобой?
– Идиот… - процедил в ответ темноволосый юноша, - Убери руки!
Куруруги тут же ослабил хватку, но отпускать Лелуша совсем пока не собирался, потому что тот едва заметно пошатнулся, сдерживаясь, чтобы вновь не вскрикнуть от боли.
Только сейчас Сузаку заметил, что чуть ниже правой ключицы на костюме главного героя красовалась едва различимая в полумраке павильона прореха, по краям которой расползлось небольшое потемневшее пятно… крови?
– Как?.. Откуда? – изумлённо воскликнул парень, подняв голову, и встретился с холодным взглядом фиолетовых глаз.
– Подарок от одного чересчур меткого Рыцаря Добра и Света, - поморщившись, ответил Лелуш и, вывернувшись из цепких рук напарника, вышел из павильона.
– Эй, подожди! – Сузаку, бросившемуся следом, уже изрядно надоела эта игра в догонялки. – Ты же сам настоял, чтобы мы всё-таки использовали пластмассовые пули…
- Да, но это вовсе не значило, что надо было их применять по назначению! - Лелуш, уже стоящий у двери в свою гримерную, резко развернулся и вновь зашипел от боли. – По сценарию ты промахиваешься, хотя… Я сомневаюсь, что ты потрудился его прочесть. И что ты вообще умеешь читать, - с сарказмом добавил он.
– Но почему ты не сказал? Тебе бы оказали помощь, и… - пропустив мимо ушей оскорбление, начал было Сузаку.
– Потому что искусство, просвещу тебя, требует жертв!
– Я…
– И даже слышать не хочу твои сумбурные оправдания! – с этими словами Зеро захлопнул перед носом напарника дверь, оставляя его наедине с невесёлыми мыслями.
– Всё я читал… - пробормотал тот и, злорадно ухмыльнувшись в пустоту, добавил: – Поскорей бы финал второго сезона, Ваше Высочество!..

* * *


Наконец-то он остался один. Ни докучливых гримёров, ни крикливого режиссёра, и, главное, ни одного коллеги по сериалу в радиусе десяти метров не наблюдалось.
Лелуш облегчённо вздохнул.
Хорошо, что вездесущая Юфи больше не участвует в съёмочном процессе, иначе не избежать бы ему в третий раз её рассказа о том, какой она устроила удачный шопинг в прошлые выходные...
А ещё эта прихотливая актриса в ядерно-зелёном парике заявила, что не будет сниматься обнажённой, и потребовала устроить кастинг на дублёршу. Кстати сказать, таких прошло уже четыре или пять, парень точно не помнил, но девушка отвергла все кандидатуры, ссылаясь на чрезмерную или недостаточную «фактурность» конкурсанток.
«Женщины…» - после очередного каприза одной из представительниц прекрасного пола любил говорить Сузаку с только ему присущей иронической интонацией…
Сузаку… Да, этот тип раздражал исполнителя главной роли больше всех остальных. Он постоянно был рядом, вечно с кем-то о чем-то весело переговариваясь и не давая Лелушу сосредоточиться на процессе вхождения в роль, комментировал колкостями все его действиями («Ха, в этом костюме ты и впрямь вылитый котяра! Может, отправить твои фото в женский журнал? Фанатки будут в восторге!») и, не смотря на все угрозы, придумывал коллеге прозвища. После того, как чрезмерно преданный делу режиссёр запретил обращаться друг к другу по настоящим именам, это стало последней каплей, и Лелуш уже был готов, почти по сценарию, взять бутафорский меч и совершить неигровое нападение на напарника.
Но всякий раз, когда гнев на парня доходил до предела, в актёре побеждало благоразумие, и конфликт упразднялся.
Вот и сейчас, скрывшись за дверью собственной гримёрной, он избежал очередного всплеска эмоций и разбирательств.
Странно, что обычно спокойного, как каменная статуя, актёра Сузаку выводил парой неосторожных слов. Но как бы Лелуш не старался сохранять при напарнике контроль, получалось это с каждым разом всё хуже и хуже…
Конечно, можно было бы сейчас поехать домой, ведь теперь у них недельный отпуск, но ни желания вести машину по ночной трассе, ни сил на это у актёра не было.
Лелуш встал с удобного кресла и подошёл к большому трюмо.
Кроме этого предмета интерьера в комнатке был шкаф с одеждой парня, пара не новых, но уютных кресел, три обычных стула, два из которых были заняты книгами и распечатками сценария, письменный стол с ноутбуком и широкий диван. Рядом с большим окном располагалась дверь в ванную комнату.
«Не королевские хоромы, но жить можно», – прокомментировал Лелуш, когда ему выделили это временное пристанище.
На него из зеркала смотрел уставший после заключительного дня съёмок темноволосый парень с ярко-фиолетовыми глазами.
Актёр протянул руку и взял два небольших контейнера с жидкостью. После нехитрых манипуляций на дно каждого из них легло по аметистовому кругляшку цветных контактных линз.
– Так гораздо лучше, - поморгав, чтобы привыкнуть, вслух произнёс Лелуш и водрузил на нос очки в тонкой чёрной оправе.
Теперь дело оставалось за малым – обработать полученную на съёмках рану. Травмы на съёмочной площадке были обычным делом для Лелуша, ненавидевшего доверять опасные трюки каскадёрам.
Парень осторожно стянул часть костюма и болезненно поморщился, дотронувшись до места повреждения: ущерб в целом был небольшой – видимо, целью Куруруги было не вывести напарника из строя, а просто, как обычно, досадить. В то, что Сузаку сделал это непреднамеренно, Лелуш верить категорически отказывался.

* * *

Какое-то время Сузаку, остывший буквально через пятнадцать минут после инцидента, просто без дела слонялся по павильону, разглядывая и так уже набивших своим видом оскомину гигантских роботов и всевозможные декорации. Время шло к полуночи, и это значило, что домой он сегодня не попадает, – метро, пока он доберётся до него от здания киностудии, будет уже закрыто.
«Да и негоже восходящей звезде такого популярного сериала разъезжать на общественном транспорте» - ухмыльнулся парень собственным мыслям. – «Скажи мне кто про всё это полгода назад…» - он присел на край одной из студенческих парт, стоящих на площадке для съёмки школьных сцен, и уставился невидящим взглядом в картонную стену.
Обивая пороги различных кастингов в течение уже немалого времени, начинающий актёр и мечтать не мог, что в один из прекраснейших дней в его жизни, около полугода назад, ему предложат роль в многообещающем проекте. Да не простую роль второго плана, а одну из главных! Да ещё и с кем! Список актёров, с которыми ему предстояло работать над съёмками пятидесяти эпизодов-серий, был внушителен. Все исполнители главных ролей уже засветились не по одному разу кто в рекламе, кто в кино, а кто и в музыке, - актриса, исполняющая роль Карен, например, была по совместительству гитаристкой девичьей рок-группы, которая находилась на пике популярности.
Надо ли говорить, что Сузаку, тогда ещё не знающий, что ему придётся свыкнуться с этим именем надолго, тут же согласился?
Поначалу было трудно привыкнуть к постоянно меняющемуся графику съёмок, но работа эта парню нравилась, он вкладывал в игру всю свою душу, и, как результат, получил то, что актёру дороже любых баснословных гонораров - признание. Его героя любили, его героя ненавидели, его обсуждали, о нём говорили - равнодушных не было.
Не отставали от новичка и именитые коллеги – известный молодёжный журнал с их групповым фото на обложке издателям пришлось допечатывать дополнительным тиражом – такой был ажиотаж.
Коллеги, кстати сказать, оказались весьма милыми людьми, совершенно не подверженными вирусу звёздной болезни, и почти со всеми общительный и улыбчивый Сузаку быстро нашёл общий язык. Но ключевым словом в этом предложении являлось «почти»…
Ещё когда юноша в первый раз прочёл сценарий, ему стало до неприличия любопытно, каков будет его напарник, исполнитель роли Лелуша, в деле. О самом актёре Сузаку знал мало: только то, что тот до участия в «Код Гиассе» играл в театре, и что отзывы о его творчестве были более чем похвальными. И, действительно, работать на площадке с ним оказалось приятно и интересно – парень был профессионалом. На этом положительные аспекты их общения заканчивались, потому что стоило только прозвучать словам «Стоп! Снято!», как его напарник превращался в ледяную скульптуру, цедящую на все вопросы по слову в час и постоянно о чём-то размышляющую с загадочным видом. Остальные актёры особо не обращали на это внимания, но Сузаку почему-то не мог выкинуть сей факт из головы. Ведь они играли лучших друзей, знающих друг друга с детства и переживших многое вместе, так? Тогда почему бы не вжиться получше в роль и хотя бы начать нормально разговаривать?! Да и вообще…
С самого первого дня их знакомства Сузаку, хоть и не признался бы себе в этом, заинтересовался парнем. Было в том что-то такое… особенное, невидимое глазу, но ощущаемое каждый раз, когда он находился поблизости. А ещё зеленоглазый актёр, сколько бы ни старался взять себя в руки, терялся в присутствии Лелуша, хотя тот был младше на несколько лет. И чтобы сгладить эту неловкость, Куруруги приходилось отшучиваться, глупо улыбаясь, или нести всякий не особо остроумный, но раздражающий напарника бред, вот, например, как сегодня…
Хотя, нет. Сегодня было не «например», а «в первый раз». В первый раз он не смог справиться с этим странным чувством во время работы.
Когда несколько дней назад, перед съёмками финальной сцены, Лелуш заявил, что он «актёр, а не Алиса в стране компьютерных эффектов» и настоял на использовании заряженного пусть и пластмассовыми, но все-таки патронами оружия, Сузаку лишь согласно покивал в ответ, следя за тем, как уверенно напарник отстаивает свою точку зрения. Кто же мог знать, что наваждение застигнет зеленоглазого парня врасплох в самый ответственный момент съёмочного процесса?
Он не смог взять под контроль поток неожиданных и странных мыслей, и в результате именно его предательски дрогнувшая рука обернулась для Лелуша неприятной во всех отношениях «производственной травмой»…
По спине актёра пробежал холодок. Он ведь сидит здесь уже почти целый час, а напарник не выходил всё это время из гримёрки, иначе Сузаку бы услышал… Лелуш был измотан после напряжённой работы, да ещё и в совокупности с травмой…
Сузаку подорвался с места и, соревнуясь в скорости с появляющимися в голове картинами произошедшего, рванул в сторону личных комнат актёров.

* * *

- Лелуш! Лелуш, открой! – Куруруги барабанил в дверь гримёрной напарника уже около минуты, но на его отчаянный зов не было никакого ответа.
- Если с тобой что-то случится, я себя не прощу… – безнадежно прошептал парень, ещё раз стукнув кулаком по закрытой двери. И вдруг, о, чудо, по ту сторону от разделяющей Сузаку и его цель преграды раздались шаги.
Дверь распахнулась, и на пороге возник недовольный Лелуш… в одном полотенце, замотанном вокруг бёдер. На месте недавнего повреждения на груди актёра был приклеен крест-накрест широкий пластырь.
Оба парня изумлённо замерли, разглядывая друг друга. Первым молчание нарушил Лелуш:
– Я думал, это ночной сторож… А это ты.
– Как… – Сузаку, выйдя из оцепенения, шумно сглотнул. Спросить сейчас «Как ты себя чувствуешь?» было бы крайне нелепо, – …видишь, это я, - закончил он.
– С идентификацией разобрались, - Лелуш чуть усмехнулся.– Ну, проходи, раз пришёл, - кажется, исполнителя главной роли ничуть не смущал его внешний вид. Чего нельзя было сказать о его напарнике.
Сузаку неуверенно шагнул в комнату, стараясь не смотреть на полуобнажённого парня, и опустился в одно из свободных кресел.
– Так зачем ты здесь? – без капли интереса в голосе спросил Лелуш, подошёл к зеркалу и, не обращая никакого внимания на смещавшегося от вопроса гостя, принялся расчёсывать только что вымытые волосы.
– Я подумал, ты… Ну, думал, что тебе плохо,– собравшись с мыслями, выдал Сузаку и, чуть поколебавшись, добавил: – К тому же ты не открывал…
– И ты решил, что я умер от этой царапины? – Лелуш поймал в зеркале взгляд парня и ехидно улыбнулся. – Я был в душе и удивлялся, почему сторож с такой наглостью ломится ко мне в гримёрку. Мне следовало догадаться, что это ты.
Сузаку передёрнуло от насмешки в голосе напарника, но взгляд парень не отвёл.
– А если бы догадался, то не открыл бы мне? – продолжая упрямо смотреть в глаза отражению Лелуша в зеркале, спросил актёр.
– Чтобы ты выломал дверь от переизбытка заботы? – всё так же улыбаясь, Лелуш развернулся к напарнику, прерывая их игру в гляделки. – С тебя станется, а мне потом вычет из гонорара за ремонт.
- Ну, знаешь… – Сузаку начал закипать. Да что он, этот напыщенный актёришка, себе позволяет? Парень вскочил с кресла и выпалил:
– Видимо, тебе действительно мало досталось сегодня, раз ты ещё в состоянии острить, Ваше Высочество!
Улыбка пропала с лица главного героя. Ну вот, опять. Он сейчас ответит Сузаку что-нибудь очень неприятное и потеряет контроль при этом несносном мальчишке. Нельзя, нельзя этого допустить!
Лелуш медленно закрыл глаза, сосчитал до десяти и тихо, но твёрдо сказал:
– Видимо, да. Извини, что не доставил тебе удовольствия увидеть себя раненым и беспомощным. Ещё какие-нибудь претензии ко мне, Сузаку? – он вопросительно взглянул на напарника. Тот всё так же стоял посреди комнаты, тяжело дыша, будто только что пробежал стометровку. Кулаки парня сжимались и разжимались, что значило, по всей видимости, что внутри актёра тоже идёт нешуточная борьба между двумя желаниями: успокоиться или врезать посильнее вконец доставшему напарнику.
На какое-то время в комнате воцарилась напряжённая тишина, прервал которую обманчиво спокойным тоном Сузаку:
– Претензии?.. О, у меня к тебе мо-о-оре претензий… - Куруруги медленно, шаг за шагом, начал приближаться к напарнику. Тот же стоял, не предпринимая никаких попыток к бегству, и неверяще смотрел на актёра.
– Во-первых, - продолжал Сузаку, – мне надоело, что ты постоянно делаешь вид, будто тебе не до чего нет дела, кроме съёмок,- парень злобно сузил глаза и сделал ещё пару шагов, оказываясь практически вплотную к Лелушу. – Во-вторых, меня раздражает то, что ты ведёшь себя так, как будто все здесь – лишь твои декорации, - на эту реплику главный герой саркастично приподнял бровь и, стараясь скрыть волнение от сложившейся ситуации, попросил:
– Продолжай, очень интересно…
– В-третьих… – Сузаку запнулся на половине фразы, шумно сглотнув, отвёл взгляд, но тут же встряхнулся, как будто на что-то решившись, и, глядя напарнику прямо в глаза, проговорил:
– В-третьих, ты зазнавшийся, самодовольный, самоуверенный мальчишка, заигравшийся во вселенскую власть и мудрость! – повисла пауза, и Сузаку показалось, что он слышит, как быстро бьётся сердце, причём не только его, но и Лелуша.
Тот, кажется, собрался что-то ответить, но не успел, потому что его зеленоглазый напарник вдруг севшим до шёпота голосом произнес:
– …Но больше всего меня бесит, что всё это в тебе как раз безумно привлекательно… – и Сузаку, сам в глубине души поражаясь своим действиям, порывисто притянул к себе напарника и, действуя скорее по инерции, чем осознанно, прикоснулся губами к его горячим губам… Оба на секунду изумленно замерли, широко распахнув глаза, чтобы в следующее мгновение продолжить исступленно целоваться.
…Конечно, Лелуш тут же оттолкнул бы этого сумасшедшего извращенца, вселившегося в Сузаку, если бы сам для себя только что не решил, что последняя фраза, сказанная парнем, была вполне взаимна…


* * *

Который сейчас час Сузаку точно бы не сказал. Более того, он не знал этого даже примерно. По пробивающимся в комнату сквозь жалюзи солнечным лучам можно было предположить только то, что на дворе уже явно не раннее утро. Но привыкший вставать спозаранку Куруруги нисколько не жалел, что сбился с графика. То, что произошло ночью, покрывало все неудобства с лихвой.
Только вот рука у актёра, кажется, затекла… Сузаку смущённо улыбнулся и осторожно, чтобы не разбудить, отодвинулся от уютно устроившегося на его плече напарника.
Сейчас, когда Лелуш спал, он казался ещё моложе, совсем ещё подростком, и выглядел таким милым и беззащитным, что Сузаку едва бы поверил, что лежащий рядом с ним юноша способен одним словом вывести его из себя. Или в то, каков на самом деле этот «невинный мальчик»… Но отметины на его теле, оставленные Лелушем, говорили красноречивей всяческих других доказательств.
Всё это было, было на самом деле, а не приснилось. Была та безудержная страсть, с которой он, Сузаку, а не кто-то другой, подчинил своему желанию этого невыносимого парня, и тот, в свою очередь, с не меньшей жаждой подчинился. Были протяжные стоны и тихий, обволакивающий сознание шепот. Было много роящихся в голове мыслей, исчезнувших, забытых с пришедшим внезапно восторгом от происходящего, и после – огромная, но приятная усталость…
Всё это было и стало их личным маленьким безумием, но сейчас, утром, казалось далёким и нереальным сном…
– И долго ты собираешься на меня смотреть? – Лелуш, открыв глаза, вполне осознанно и ничуть ни сонно взглянул на напарника.
Тот от неожиданности пару раз моргнул, но так и не нашёлся, что ответить. Темноволосый актёр, не замечая замешательства Сузаку, сладко потянулся, вновь напомнив тому большого кота.
Лелуш, заложив руки за голову, смотрел в потолок, Куруруги – на парня. Повисла неловкая пауза.
– Ты знаешь, а это нормально, - снова неожиданно заговорил исполнитель главной роли.
– Что именно? – всё так же удивлённо пялясь на актёра, спросил его напарник, а теперь по совместительству ещё и любовник.
- То, что произошло, конечно, - Лелуш серьёзно взглянул на Сузаку. – Такое часто случается в актёрской среде: двое играют лучших друзей или влюблённых, или, наоборот, заклятых врагов, и между ними начинаются настоящие вражда, дружба или… любовь…
Это что-то вроде проецирования выдуманной роли на реальную жизнь. С точки зрения психологии поведения это совершенно нормально. Да, совершенно…
– Ты сейчас себя уговариваешь или меня? – едва заметно улыбнувшийся Сузаку, всё это время внимательно слушавший речь напарника, придвинулся к тому поближе.
- Идиот, - беззлобно огрызнулся Лелуш и, улегшись обратно на плечо актёра, тоже улыбнулся. – Я просто пытаюсь объяснить это с точки зрения логики.
– Ну почему у тебя всё обязательно должно объясняться, скажи пожалуйста? – Сузаку с видом великомученика возвёл взгляд к потолку.
- Потому что я, в отличие от некоторых, задумываюсь иногда о будущем.
– Да? – с почти непритворным интересом спросил Сузаку, касаясь губами макушки парня. – И что же ты там надумал?
- То, что нас теперь замучают папарацци и журналисты со своими расспросами…
У Сузаку аж дыхание перехватило на мгновение от слов напарника. «Нас», «теперь»… Это было сказано юношей так легко, что хотелось верить безоговорочно.
– А мы им ничего не скажем, - широко улыбнулся парень и крепче прижал Лелуша к себе. – Пусть мучаются догадками.
– Да, - впервые в жизни согласился с ним темноволосый актёр. – Только…
– М? – Сузаку тут же напрягся.
- Давай всё-таки сходим к сценаристу с режиссёром… - Лелуш чуть ослабил их объятия и заглянул любовнику в глаза.
- Зачем? – удивлённая физиономия Куруруги выглядела так забавно, что Лелуш не удержался и заулыбался.
- А затем, - ответил он шёпотом на ухо Сузаку, - чтобы из тебя таки сделали злодея, а ещё… - парень на секунду задумался, - чтобы моя смерть оказалась хорошо инсценированной, а не настоящей.
- Это-то тебе для чего? – со смешком от заговорческого тона напарника вновь спросил Сузаку.
- А пусть будет ещё один сезон… Так ведь интересней…

И Сузаку сейчас был согласен со всем, что говорит его напар... любовник.
Хоть третий, хоть четвёртый, да хоть сотый сезон он готов был сниматься день и ночь, чтобы просто быть рядом с этим невозможно далёким и до боли близким человеком.
До тех пор, пока кто-нибудь не крикнет им: «Стоп! Снято!»…

* - Реплики героев взяты из русских субтитров к данному эпизоду.
** - выражение, часто повторяемое одним моим знакомым театралом.



Рейтинг: Минус 0 Плюс
Просмотров: 309
...

Добавлено: BK201
Комментарии (0)
Версия для печати

К разделам
На главную